1. Желаете ли принять участие в каком-то из означенных в Сюжете событий? Если нет - ставьте прочерк:
Да, в тех сюжетах, что имеют отношение к Серым Стражам, остальное опционально или косвенно соприкасаясь.

2. Общий концепт персонажа:
Молодая девушка, 18-20 лет, рекрут Серых Стражей, прошедший Посвящение совсем недавно и только встающий на этот путь.

Рождена в крестьянской семье, проживающей недалеко от Пика Солдата. После сезона дождей, попала в передрягу, прогуливаясь по окрестностям. Случился оползень в результате которого девушка угодила сначала в сеть подземных пещер, где не сумев выбраться на поверхность, провела несколько дней. Скитаясь по подземному лабиринту, попала на Глубинные Тропы. Наткнулась на отряд порождений тьмы и чуть не погибла. Её спас отряд Серых Стражей, патрулирующих тропы. К сожалению, девушка заразилась скверной. Её доставили в Башню Бдения, где провели обряд посвящения. Девушка выжила и теперь ей предстоит многому научиться, чтобы стать полезным членом ордена.

— Нет магических способностей;
— Воин или Разбойник (пока точно не решила, возможно, впишу класс и обучение под покровительством кого-то из имеющихся СС на форуме, если будет на то согласие откликнувшегося), могу стать чьим-то протеже/помощником/учеником/подопечным и т.д.;
— По характеру персонаж задумывается упрямым и не всегда поступающим правильно в силу своей неопытности. Совершает ошибки, но не потому, что плохая, а потому что совесть и чувство справедливости говорит поступать определённым образом, не всегда идущим рука об руку с законом;
— Хочу поиграть совсем зелёного персонажа, которому будет непросто свыкнуться с мыслью, что теперь жизнь никогда не станет такой, какой была прежде. На деле она может оказаться тем самым перспективным новичком, который сыграет свою роль и внесёт большой вклад в общее дело, если освоит непростую науку быть Серым Стражем.

3. Пример Вашего поста (любой):

Тык

Ей однозначно не быть морским волком. Больше двух недель наёмница находилась в плавании, отплывая всё дальше и дальше от берегов Сабадора, а значит и от своей неминуемой гибели. Кассандра вспоминала тёмные лица и яркие одежды людей на базаре. Их мечи сверкали в свете закатного солнца словно золочёный лик Элькатоша в Альваросе. Пускай и пираты, но рахташских сволочей она узнает за версту. Посетившая её голову мысль заставила наёмницу едва не упасть со стула. Кассандра резко подорвалась, хватаясь рукой за стол уже в последний момент, как стул готов был просто скинуть девушку с насиженного и тёплого места. Видимо, раскачиваться во сне на хлипких нельхиорских стульях — плохая идея.

«Как же долго!»

Альварес громко вздохнула и снова разлеглась на стуле. Девушке было нехорошо. Буквально несколько часов назад она извергла остатки завтрака в морском порту Нортвуда и искренне желала, чтобы больше никогда в своей жизни ей не пришлось садиться на корабль. Касс бы отоспаться, да только заказчик ждёт встречи уже сегодня. Бергссон, тот, кто нашёл её в Сабадоре, сказал, что его госпожа уже уведомлена об их прибытии и встреча состоится через пару часов. Тогда в голове бывшей уже эскортницы закралась только мысль о том, как бы не облевать платье или костюм богачки, которую ей предстоит защищать. Такое яркое и ароматное во всех смысла знакомство уж точно никогда не забудется и хорошо, не прогони та прочь таких телохранительниц.

В этой истории Альварес волновал только один момент, а именно тот, при котором она должна оставаться здесь как можно дольше. Те деньги, что ей уже передали в качестве предоплаты и покрытия расходов на переезд, Кассандра предпочла потратить с умом на более удобную и подходящую под местные температуры амуницию. Но едва ли их хватит на жильё и пропитание. Новая работа хороша тем, что едой и кровом её обеспечат заказчики. Да и работа, как ей сообщили, не слишком-то пыльная. Во всяком случае, сама Кассандра очень сильно сомневалась, что кто-то позарится на какую-то там дочь богача или самого аристократа. В том же Сабадоре стража была на каждом шагу и за время службы в Серебряных клинках, Касс ни разу не пришлось сталкиваться с тем, чтобы какой-то незадачливый убийца попытался напасть на важную шишку. Чем хуже Нельхиор? При таком короле-то. Вообще наёмница весьма активно спрашивала у нанимателя про то, как устроена жизнь в этом королевстве. Многое из рассказа Бергссона (к те моменты, когда девушка находилась в состоянии слушать и анализировать) показалось ей довольно странным и необычным. Очень много акцента было сделано на том, как изменилось королевство, когда ко власти пришёл некий Алькор Хорнрейвен. Как показалось самой Альварес, было в том что-то личное. Жизнь законника и стража правопорядка научила её подмечать такие детали и откладывать в памяти на отдельной полочке, куда со временем будет положен и ответ в столь интригующем деле. Но пока, наёмница просто мотала на ус какие-то советы, делая вид, что оно ей не шибко интересно, но раз надо, то послушает.

Наниматель оставил её в большом полу обветшалом доме, обещая вскоре вернуться. Так Касс и начала коротать своё здесь время. Найдя в доме зеркало и чистую воду, девушка первым делом умыла своё позеленевшее от морской болезни лицо. Спрашивается, и куда делась вся её прекрасная стать? Увидь мадам Шанти её в таком виде… Да даже любая куртизанка из публичного дома Молдура — на порог бы не пустили. Даже её последняя любовница с ярким именем «Стелла» попросила бы удалиться и вернуться, когда та приведёт себя в должный вид. Позже выяснилось, что в доме всё же были слуги, которые успели нагреть для неё воду. Ей сообщили, что Бергссон распорядился привести телохранительницу госпожи в подобающий вид. Какая забота, просто очаровательно. Но Касс не возражала. Будь её воля, она бы провела в деревянной бадье, наполненной горячей водой, весь день. Ещё бы попросила двух служанок в придачу, чтобы размяли плечи или… помогли расслабиться иным способом. Эскортница даже задалась целью выяснить как тут обстоят дела с гомосексуальными отношениями, хотя прекрасно понимала, что в патриархальном обществе подобное будет откровенно порицаться. Или же нет?!

Приведение себя в порядок заняло у женщины около двух часов, после которых та расположилась в гостевой комнате, разлёгшись на стуле. Чем коротать время, девушка не знала. Ей не сообщили подробности задания, но ещё час ушёл на то, чтобы осмотреть дом и обойти его вокруг. Забавно, что стражники, которые тут находились, не пытались её остановить, но Альварес буквально кожей ощущала их острый на себе взгляд. Можно сказать, что такая реакция пришлась ей по вкусу, как и её новый наряд. Лёгкие ткани рубахи и штанов, характерных для Сабадора, стали грубее и толще. Даже кожаный корсет был с тёплой подкладкой! И что немаловажно, теперь Кассандра могла позволить себе меха, которые приятно согревали в холодные ночи. Единственная вещь, в которой эскортница не смогла себе отказать — это глубокое декольте, чтобы, как и раньше, приковывать взгляды к груди, а не к тому, как она замахивается на неприятеля кинжалом или кулаком.

В ожидании встречи с госпожой, кажется, прошло больше четырёх часов, когда наконец-то она услышала шаги в холле. Не изменяя своим привычкам, Альварес поднялась со стула и пафосно прошествовала к камину, скрестив руки за спиной. Найдя эффектную позу, чтобы сразу предстать в нужном свете, Кассандра стала ожидать, когда Бергссон и его госпожа появятся в зале. Воспроизведя одно из своих скучающих и не слишком заинтересованным происходящим лиц, Альварес не спеша и довольно лениво повернулась к входным дверям, чтобы встретиться с парой очень необычных глаз — голубые по краям, плавно переходящие в светлый жёлтый оттенок. Темноволосая девушка с бледной кожей. Типичная нельхиорская женщина, насколько могла судить наёмница. Спроси её, как она себе представляет этих женщин, то она назвала внешность ту, которой обладала стоящая перед ней девушка.

Кассандра оглядела и рассмотрела ту с ног до головы, придирчиво оценивая, насколько крупная или нет шишка ей попалась. Наряд не казался особо дорогим, впрочем и украшений не то, чтобы много. Встреть такую на улице, Альварес вряд ли бы назвала её дочерью купца или аристократа. Обычная. Совершенно обычная. А вот глаза дивные. А этот взгляд.

— Кассандра Альварес, миледи, — представила наёмница, совершая шуточный реверанс, о котором ей что-то рассказали местные слуги, когда Касс спросила, как тут принято обращаться и приветствовать господ, — к Вашим услугам.

Когда с тобой на связь выходят люди, о которых ты не слышал ничего уже очень, очень давно, это невольно навлекает на неприятные мысли. Естественно, эльфийка, с которой у Кары было довольно немного дел, не сообщила ей ничего хорошего. Ну а что хорошего мог сообщить отдел по работе с демонами? Эти демоны подваливали исключительно гадкую, грязную и мерзкую работёнку.
Вот и сейчас Каре предстоит отправиться в какой-то адский чумной барак в самой заднице мира, если у мира только могла быть задница. Конечная точка обещала быть промозглой, прохладной, слякотной и больной. Самый нелюбимый тип миссий, благо хоть на этот раз её щедро снарядили золотом. Чтобы защититься от слякоти и хоть как-то слиться с местными (но с такой внешностью это, конечно, дохлый номер), Кара закупилась тёплой, но комфортной одеждой, хоть как-то скрывающей её броню (а с ней она не желала расставаться даже под страхом смерти, где ты ещё такое ладное обмундирование найдёшь?), купила лошадь местной породы, благо, предыдущая Мимин благополучно издохла в зубах дракона, запас болтов да вещичек для ухода за оружием. Фуражом тоже запаслась: нашла целительного овса для лошадки, а то ей-то псионикой копыто не отрастишь и отравление не излечишь, да для себя еды побольше, а то вдруг местные источники были глубоко отравлены, не хотелось бы тратить силы на самоисцеление. Закупилась и колчаном болтов с наконечниками, которые можно было зачаровать её магией — будь то световой взрыв, электрический разряд или банальное пламя. Колчан такой стоил, конечно, как чугунный мост, но что-то Каре подсказывало, что это пригодится.
Здесь же, в Цейхе, она познакомилась с Рафаэлем — богатеньким алхимиком, обладающим всеми стереотипичными признаками богатого учёного чудака, и Малагфейном — жрецом-эйлистрианцем. Сама же она представилась наёмницей, охочей до длинной монеты... что, впрочем, было недалеко от правды, потому что подготовка к охоте на Аргуса подожрала все её запасы. Тем более, Рафаэлем и Малагфейном было очень удобно прикрыться, будто бы она всего ишь охранница для этих благочестивых господ. Разве что от Малагфейна пришлось отмахнуться, притворившись относительно ярой латандрианкой. Что ж, серые эльфы вольны верить как в светлых, так и в тёмных божеств; разве что сообщать о своём принципиальном неверии Каре не стоило. Сочтут ещё за умную.
К моменту прибытия троицы на место плохих новостей было всё больше. И болезнь какая-то дикая, и свет этот придурочный, и ещё и дроу. Ну конечно, дроу не преминут воспользоваться шансом захватить какую-нибудь демоническую штуку. Мало того, что тут замешан демон, так ещё и чёрные задницы под рукой крутятся... Задача становилась всё сложнее и сложнее. Ничего, и не из таких дел выбирались с триумфом. Главное — найти зеркало, а там уж разберёмся.
...На опасения и досаду Рафаэля Кара только выразительно похлопала себя по рукояти кинжала. Неужели богатею кажется, что они не справятся с какой-то кучкой дроу? Кара достаточно их перерезала, чтобы знать, что тёмное мясо ничем не отличается от светлого. Тем более, уж в заклинаниях их троица недостатка не имеет.
— Громко себя ведут. Неосторожные, о нас не знают. Бояться нечего.

О ПЕРСОНАЖЕ

1. Имя, возраст, раса
Майруэн, Май, еще можно Ру, — но это прям очень и очень, так сказать, интимное обращение. Орлейские стражи прозвали: "Шпилька", прозвище прижилось и в Ферелдене.
Эльфийка, родилась 8 Драккониса 9:07 ВД, 34 года.

2. Класс, специализация, род деятельности, титул, должность, принадлежность к фракциям, политическим и/или религиозным организациям
Разбойник, буря.
Серый Страж Ферелдена, в звании Старшего Стража, временно исполняющая обязанности Констебля Серых Стражей Ферелдена.

3. Внешность
Май очень легко не заметить среди эльфов. Внешность у нее самая что ни на есть эльфийская, то есть крайне не примечательная. Она невысокая, едва ли в ней будет больше 165 сантиметров росту, смуглокожая, темноволосая и темноглазая. Черты лица можно было бы назвать приятными, если бы Май не хмурилась постоянно и не смотрела на всех с выражением: "Ты мне много денег должен с позапрошлого года, скотина". Впрочем, красоты ее лику не придают еще шрамы — тонкие, но многочисленные — и две татуировки, сделанные когда-то в юности. Майруэн очень редко улыбается — у нее нет левого нижнего и правого верхнего клыков.
Руки эльфийки до локтя покрыты шрамами — старыми, уже довольно сильно поблекшими.
А вот осанка у Май не характерная для городского эльфа — спина прямая как палка, а голова гордо поднята. Что вкупе с выражением лица производит на всех не однозначное впечатление.
В целом, прототипы внешности это Ленор из Каслвании и певица Милен Фармер

4. Биография, характер, навыки и умения
Жизнь Майруэн не богата была на какие-либо приключения. Впрочем, можно считать одним большим приключением то, что она родилась и выжила в одном из орлесианских эльфинажей. Родителей Май не знала, те то ли погибли, то ли пропали где-то и она крохой очутилась на попечении общины. Надо сказать, что это была такая себе жизнь, как и во всем остальном эльфинаже. Худо-бедно о детях заботились, конечно, но все равно они были, что сорняки на пустыре — растут и ладно. Еды практически всегла не хватало, ведь каждый в первую очередь стремился прокормить своих детей, а чужим — доставались жалкие крохи. И именно это вынудило Май встать сначала на стезю попрошайничества,потом мелкого воровства.Затем Майруэн начала прибивалась к разным бандам. Пока росла, набиралась от них всякого. Например, ловко стрелять из лука, аккуратно срезать кошельки и очень быстро бегать в случае чего.
С годами Май набиралась опыта, переходила из банд поменьше в более крупные, которые то ли промышляли наймом на фоне постоянного разбоя, то ли разбоем на фоне найма. Жизнь на тракте нравилась эльфийке, она была по-своему простой и крайне понятной: "Выживает сильнейший" и Май — выживала. Однако, эта спокойная ровная жизнь закончилась у Майруэн весной 9:27 ВД, когда она, в целях поправки своего материального положения, ввязалась в авантюру с кражей документов у одного орлейского аристократа. Что ж, авантюра провалилась, а Май оказалась в бегах, потому что у уязвленного богатея хватило влияния и денежных средств, чтобы узнать — кто и как вломился к нему дом. В каждом более-менее крупном поселении эльфийку находили, и ей приходилось все бросать и бежать дальше, все ближе к границе с Ферелденом. Май планировала просто отсидеться на территории соседей, но в Джейдере, зимой 9:27 ВД, ее загнали в ловушку, которая оказалась смертельной и для преследователей и для самой эльфийки. Все они нарвались на группу порождений. Преслдователи — погибли, а сама Май подцепила скверну. Не желая погибать она направилась к джейдерским Стражам. Что там происходило дальше Май никогда никому не рассказывала, предпочитая промолчать, однако точно известно, что той же зимой она пережила ритуал Посвящения. И с этого момента жизнь ее изменилась.
В Ордене Май пришлось много учится: читать, писать, считать и даже учить историю (на которой эльфийка всегда бессовестно засыпала), совершенствоваться в искусстве стрельбы и изучать новое. Новым знанием для нее стала — алхимия, которая стала, наравне с луками, главной страстью ее жизни. Именно входе обучения тонкостям алхимии Май и заработала себе травмы и ожоги рук, память о которых навсегда осталась с ней в виде шрамов. Однако, отношения с другими Стражами у Май так и не сложились. Орден, конечно, был открыт ко всем, но характер Май и ее привычка работать одной и очень часто не по правилам сыграла с ней довольно злую шутку. Все чаще и чаще ее посылали одну в разведывательные миссии, а потом и вовсе от греха подальше повысили до Старшего Стража, позволяя находиться как можно дальше от базы. И, естественно, что когда 9:31 ВД для реставрации Ордена в Ферелдене потребовались Стражи-орлесианцы, от Май очень оперативно избавились, отправив в Башню Бдения.
Ферелден покорил Майруэн своей — местами грубой, местами дикой — красотой. Проезжая через его земли, по пути в Башню Бдения, эльфийка понимала только одно, вот оно, то чего ей так не хватало — ее дом. Жизнь перед Май заиграла новыми красками и она полная энтузиазма ждала своего прибытия в Башню Бдения, чтобы уже наконец-то оказаться по-настоящему дома. Надо сказать, что Башня полностью оправдала ее ожидания и само место понравилось эльфийке очень сильно, не смотря на свою определенную мрачность (что было характерно для всех баз Стражей).
Во время первого нападения на Башню, Майруэн находилась вне ее стен. Она проводила разведку местности, изучая и наблюдая за происходящим вокруг Башни, а вот второе нападение на Башню Май встретила вместе с остальными ее защитниками. В этом бою Май отделалась незначительными травмами, вроде, многочисленных царапин и ссадин, и перелома ноги, который стал следствием не очень удачного прыжка с высоты.
После отбытия Командора Кусланд по её загадочным делам, — в Башне на правах исполняюшего обязанности Командора остался Натаниэль Хоу. Поэтому для некоторого количества Стражей стало всё-таки некоторым шоком известие о том что временным Констеблем была выбрана именно Майруэн. Расчёт на самом деле был прост и понятен: Май в жизни бы не начала мутить воду и пытаться плести какие-то интриги внутри собственного дома. К тому же эльфийка смогла завоевать и расположение, и уважение большей части Серых из Башни Бдения.

акценты

Немного акцентов:
— Май, как и любой выходец из эльфинажа, хамло базарное. И с годами все стало только хуже. За словом в карман она не полезет, всегда говорит, что думает.
— Эльфийка ради Дела и Цели способна ходить по головам, выбирать меньшее зло и заниматься безжалостными вычислениями сколько и где должно умереть, чтобы большинство выжило. Май не боится последствий собственных решений и готова с ними жить всю свою оставшуюся жизнь.
— Ее чувство юмора считается чернее скверны и Черного Града вместе взятых.
— Никогда не выговариает ничего своим людям при посторонних, наоборот яростно будет защищать их от чужих нападок, но наедине накажет так, что мало не покажется. При этом это будет очень справедливое наказание, которое сложно будет оспорить.
— Май очень невероятно ужасно упряма. Если она что-то решила, то она это решила и никто (и ничто) не сможет ее отговорить от этого. Если она что-то начала делать, то она это начала делать и никто ее не сможет остановить.
— Эльфийка не является андрастианкой. Она верит в свой лук, свои алхимические смеси и в Командора, а чересчур высокие материи считает просто очень удачным способом облегчить себе жизнь — есть  возможность на кого-то свалить все свои промахи и ошибки.
— Май не любит: и магов, и храмовников. Но это такая не любовь, без ненависти. Вот кто-то не любит квашеную капусту, кто-то вареную брюкву, а Май просто не любит магов и храмовников.
— Эльфийка эмоциональна. Иной раз чрезмерно.
— Пользуется исключительно длинными тисовыми ферелденскими луками, которые любит за броне— и дальнобойность.
— Несмотря на полученное образование в Ордене, говорит все равно максимально просторечно.
— Принципы Май: "Я — чертовски привлекательна, вы — чертовски привлекательны, и почему мы всё ещё теряем время просто так?".
— Но глубоко внутри себя испытывает огромное чувство неуверенности и отчаянно боится доверять хоть кому-то в личном. С доверием в бою — проблем нет. А вот со всем остальным, да, могут быть.
— Не любит долийцев и всю эту эльфийскую чертовщину.

5. Дополнительная информация
— Ветка "бури" — полностью. Так же Май умеет вскрывать замки, обезвреживать не слишком сложные ловушки.
— В бою в основном работает на защиту, или отстреливая врагов с расстояния, не позволяя им подойти к менее защищенным членам отряда (например, магам), или прикрывая спины воинам.
— Будучи еще и немного алхимиком разбирается в варке зелий, ядов, разного рода настоев и припарок.
— Неплохо готовит, но в основном только для себя, так как подбирает всегда очень странные сочетания специй.
— Отлично разбирается в луках, может говорить о них часами, провести лекцию и устроить дискуссию.
— Неплоха в рукопашном бою, но предпочитает все же ошеломить противника и отойти на расстояние.
— Неплохой наездник, может вести конный бой, но не любит этого.
— Знает орлесианский и торговый, на обоих языках пишет и читает (но орлесианский устный у нее лучше письменного). И знает некоторые слова из эльфийского, правда, в основном все же их использует как ругань.
— Разбирается в лошадях, поэтому кони у ферелденских Стражей всегда отменные.
— Как Серый Страж устойчива к скверне и алкоголю. Последним не то, чтобы злоупотребляет. Просто употребляет. А еще из-за скверны Май очень много ест, постоянно испытывая довольно сильное чувство голода.
— В быту небесполезна: латать вещи, чинить что-то — умеет, но очень не любит.

- Ca me fait chier!* - с чувством ответила Хоу Май, сжимая челюсти, но вот беда, как обычно покоряясь воле мужчины. То, что Натаниэль получивший когда-то довольно неплохое образование (в отличии от неё самой, ну, конечно, куда Серым Стражам Джейдера до возможностей эрла) прекрасно её понимал — эльфийку ни капельки не смущало. - Mon chien sale*… - это она сказала уже куда тише, сжимая руки в кулаки, стараясь унять поднявшуюся вдруг тревожность. А медальон тонкой чеканки на простом кожаной ремешке — показался пудовой гирей. «Сохрани его, так ты всегда будешь помнить обо мне», - эта фраза резанула по самому сердцу, вскрывая старые раны. Некоторые из них никак не могли зажить, хотя она, конечно, прикладывала для этого все свои усилия, но видимо этого было недостаточно. «Возможно, - подумала эльфийка, - ничего никогда не будет достаточно. Возможно, я...», - мысль оборвалась, как только Хоу вернулся обратно, обговорив что-то с матерью Бажека. Видимо, узнавал детали и частности. Ей бы и хотелось не проводить параллелей с тем, что было в Орлее, и всё же она не могла — не сделать этого. «Ничего никогда не предвещает беды, но она всегда произойдёт», - Майруэн усвоила это вместе со смертью человека, которого, наверное, любила. Даже сейчас она не могла сказать, что это было за чувство, тогда, ну, к Годвину. Слишком много всего смешивалось внутри стоило только попытаться вспомнить. Больше всего, конечно, было боли.

    - Судишь по себе? - вопрос прозвучал резче, чем ей бы этого хотелось, но не желание Хоу понять её мотивы правильно, эльфийку разозлили. Впрочем, ругаться сейчас было бы бесполезно, глупо да и недостойно Стража. - Я сужу по себе. Какая бы правда не стояла за всем что было, а мне бы в детстве всегда хотелось знать, куда пропали мои родители. Без разницы, милый, убили ли их шевалье, угнали ли их в тевинтерское рабство. Просто знание, что тебя не бросили просто так — сильно недооценено. Да, и потом, даже если его отца уже не вернуть, он хотя бы будет знать, что нет нужды никому мстить, сможет оплакать смерть и со временем отпустить это горе, а не зацикливаться в нём, - может быть, Майруэн сейчас говорила и про Натаниэля, а может быть и нет. В Башне хватало сломанных, сломленных и так и не вставших с колен людей. Некоторые из них просто ждали, жаждали, алкали своей смерти не имея ни малейшего представления как жить дальше, а кто-то… А кто-то шагал сейчас с ней рядом. «Nique ta mere *» - мысль с оттенком безысходной тоски.

    - А насчёт Ордена, ты не совсем прав, - на самом деле, ей было, что ему рассказать, но сейчас это точно было не к месту и не ко времени. Майруэн уже какое-то время думала над как бы ей так начать этот сложный разговор с Натаниэлем. И, честно говоря, собиралась сделать это сегодня. Возможно, они бы снова поругались. Возможно, нет. Но были некоторые моменты, которые беспокоили эльфийку всё сильнее и сильнее. Последние рекруты оказались… слишком с гонором. Не то, чтобы она или Старшие Стражи не могли с ними управиться, но вот беда, кажется, что кто-то из Старших даже потворствовал этому. - Но это обождёт.

    Лес был обычным, таким… обжитым? Видно было то тут, то там какие-то маленькие тропки, приметные и ягодные места. Лес был лесом. И всё же расслабляться не стоило.

    Она уже давно привыкла перемещаться по пересеченный местности с длинным луком. Даже в Башне уже молчали, всякий раз как видели Майруэн перетягивающей лук. Ростом с неё саму он хорош был для позиционного обстрела за счёт того, что бил далеко и сильно. А уж в её умелых руках и вовсе становился по-настоящему смертоносным оружием. Маленькая эльфийка с огромным луком — из-за этого её очень многие недооценивали. А зря…

    Она тревожно оглядывалась, то и дело с лёгким вздохом успокоения находя взглядом фигуру Натаниэля. Если ей однажды придётся выбирать кому из них двоих оставаться жить — выбор был вполне очевиден. Это Май решила ещё тогда, в Орлее, когда каким-то чудом сама дошла до Джейдера и «блестяшек» дотащила.